Рахмон отдал земли Кыргызстану?

Глава ГКНБ Таджикистана в начале октября встретился со своим кыргызским коллегой и подписал очередной протокол под номером 44. Саймумин Ятимов заявил, что подписанный «протокол решает все вопросы, которые ранее являлись предпосылкой для конфликтов». Возникает логичный вопрос: а что служило предпосылкой для конфликтов? Здесь ответ очень прост: спорные территории! Об этом и пойдёт речь в выпуске.

Глава ГКНБ Таджикистана в начале октября встретился со своим кыргызским коллегой и подписал очередной протокол под номером 44. Саймумин Ятимов, председатель ГКНБ Таджикистана, по итогам встречи сделал вот такое заявление:

«Этот протокол при его реализации решает все вопросы и проблемы, которые ранее являлись основой и предпосылкой для конфликтов на таджикско-кыргызской границе. Подписание этого протокола является реализацией воли глав двух государств. Мы убеждены в том, что, подписав этот протокол, мы целенаправленно и конструктивно будем его реализовывать шаг за шагом и в самый короткий срок мы придем к основополагающим документам».

В заявлении Ятимова самым интересным являются его слова о том, что подписанный «протокол решает все вопросы, которые ранее являлись предпосылкой для конфликтов». Возникает логичный вопрос: а что служило предпосылкой для конфликтов? Здесь ответ очень прост: спорные территории! Расскажу предысторию.

Предметом конфликта между двумя странами являются территории общей площадью в 211 тысяч гектаров. Они расположены на трех участках границы двух стран. Самый крупный участок — 84 тысячи гектар прилегает с южной стороны к Бободжон Гафуровскому и Канибадамскому районам Таджикистана.

Второй участок — 56 тысячи гектаров примыкает с востока к Деваштичскому и с севера к Горно-Матчинскому районам Таджикистана.

Третий, наиболее заселенный участок в 61 тысячу гектаров располагается в южной части Исфаринского района. Этот участок можно считать наиболее сложным, так как примерно 90 процентов всех приграничных конфликтов вспыхивают именно здесь. Данная территория представляет для сторон наибольшее значение, так как по ней пролегают стратегические транспортные артерии – «Исфара-Ворух» и «Баткен-Исфана», а также расположена важная водораспределительная станция «Головной» на реке Исфара.

Суть спора двух стран заключается в том, кому в действительности принадлежат эти территории? Дискуссии о них между Душанбе и Бишкеком длятся еще с 50-х годов прошлого века. Однако, по причине нахождения двух республик в составе Советского союза их решению не придавалось первостепенного значения. В период СССР Кыргызстан в одностороннем порядке взял бОльшую часть этих территорий под фактическое свое пользование и вопреки установленным конституцией СССР механизму в одностороннем порядке присвоил их.

На сегодняшний день ситуация такова, что фактически, спорные территории находятся в пользовании Кыргызстана, а Таджикистан оспаривает законность права соседней страны на них и пытается вернуть себе территории. В качестве аргумента в Душанбе предъявляют карты административно-территориального деления и соответствующие акты и документы, по которым спорные участки не были отчуждены от Таджикистана и соответственно они являются собственностью республики.

В Душанбе на официальном уровне заявляют, что спорные территории вопреки всем общесоюзным правилам и нормам фактически были захвачены Кыргызстаном, и Бишкек не может предъявить документы, подтверждающие законную передачу земель Таджикистаном.

Ситуацию осложняет и то, что с момента распада Советского союза, Кыргызстан, чтобы закрепить за собой спорные территории построил почти два десятка поселков по периметру спорных территорий, проложил автотрассы между этими поселениями и взял под контроль водораспределительную станцию. Таджикистан, из-за гражданской войны, а в последующем по причине сложных отношений с Узбекистаном, когда страна из-за транспортной блокады республика зависела от Кыргызстана, не смог воспрепятствовать односторонним действиям Бишкека на спорных территориях.

А теперь вернемся, собственно, к заявлению главы ГКНБ Таджикистана. Из его слов выходит, что в рамках подписанного им протокола 44, правительство Таджикистана отказывается от претензий на захваченные Кыргызстаном территорий? Официальные лица в Душанбе на этот счет молчат.

Но сразу после встречи Ятимова с Ташиевым, приближенный к главе ГКНБ Кыргызстана журналист Нургазы Анаркулов в своей публикации в «Фейсбуке» назвал протокол «историческим» и что «Таджикистан отказался от своих территориальных претензий».

Действительно ли это так, мы узнаем в ближайшем будущем. Но здесь возникает другой вопрос: почему руководство Таджикистана пошло на уступки в этом вопросе? Действительно ли, как пишут в кыргызских соцсетЯх, в Душанбе испугались от недавних угроз Камчыбека Ташиева? Я напомню, глава кыргызского ГКНБ прямым текстом пригрозил Таджикистану предъявить территориальные претензии и силой вернуть их Кыргызстану.

«Недавно мы обнаружили новые документы. На основе этих документов мы знаем, что много наших земель перешли таджикской стороне. Мы можем это подтвердить историческими, юридическими документами. Если соседи не откажутся от своих территориальных претензий, то мы предъявим свои территориальные претензии. У нас для этого хватит сил и возможностей. У нас есть возможности для того, чтобы вернуть земли, которые перешли соседям 10, 100 лет назад», — заявил Камчыбек Ташиев, глава ГКНБ Кыргызстана.

Действительно ли в Душанбе испугались от угроз Ташиева? Какими военными преимуществами обладает Бишкек для того, чтобы разговаривать с Душанбе в таком тоне?

В Бишкеке открыто признаются, что начиная с 2021 года активно закупают современное вооружение. По словам того же Ташиева за этот период на эти цели были потрачены около 1,5 миллиардов долларов. В частности, у Бишкека в арсенале имеются ударные беспилотники Байрактар-ТБ2, Анка, «Акынджы» и «Акшунгур». Точной информации об их количестве неизвестно.

Тем не менее, наличие такого арсенала позволяет официальному Бишкеку в урегулировании пограничного вопроса подходить с позиции силы.

Переговорная тактика сторон

В продолжении темы переговоров. По признанию таджикской стороны, официальный Бишкек почти всегда, исходя из своей выгоды, предлагает в качестве основы для определения линии границы учитывать данные различных периодов. Стоит отметить, что стороны, довольно долго вели дискуссию над тем, какие же карты и материалы взять за основу в качестве исходного документа. Так вот, по словам таджикского провластного эксперта Абдулло Рахнамо, переговорщики Кыргызстана в зависимости от собственных интересов на том или ином «спорном участке» полагаются на различные документы.

«К примеру: Согласно Протоколу №10 совместной комиссии от 4 февраля 2011 года, кыргызская сторона в качестве правовой основы делимитации государственной границы предлагала использовать материалы двусторонней комиссии 1989 года. А в последующих протоколах 11 и 12 кыргызская сторона предлагала учитывать материалы двусторонней комиссии 1958-1959 годов.  Согласно протоколу №16 от 2013 года, кыргызской стороной заявлено, что в качестве основных документов, определяющих пограничное разделение, она считает Соглашение об учреждении Содружества Независимых Государств от 8 декабря 1991 года, Алматинскую декларацию от 21 декабря 1991 года, Московскую декларацию от 15 апреля 1994 года, Устав СНГ и Договор об основах межгосударственных отношений между Республикой Таджикистан и Кыргызстаном. А в протоколе от 2021 года кыргызская сторона вновь согласилась на использование «документов 1924–1927  годов», — заявил политолог Абдулло Рахнамо.

Однако отношения соседней стороны к документам имеют преимущественно выборочный характер, а в случае собственных интересов или замены руководителя и членов группы их позиция существенно меняться. Политика двойных стандартов в работе с документами 1924-1927 годов или относительно понятия «существующих границ» является ярким примером негативного отношения кыргызской стороны».

В отличие от кыргызстанских переговорщиков, таджикские дипломаты почти всегда шли на уступки. Так в 2014 году, Таджикистан согласился на строительство Кыргызстаном участка автодороги Баткен – АкСай по своей территории, в последующем, как раз используя эту же дорогу кыргызский спецназ захватил водораспределительную станцию «Головной» на реке Исфара.

А еще раньше в 2009 году, Таджикистан передал в аренду Кыргызстану собственную территорию под участок дороги Баткен – Исфана. После смены власти в Бишкеке в 2020 году новое руководство страны поставило под сомнение право Таджикистана на данную территорию и объявила подписанный документ незаконным. А экс-секретаря нацбезопасности, который подписал документ и вовсе обвинили в предательстве и посадили в тюрьму.

Другой уступкой официального Душанбе является возвращение Кыргызстану 63 тысяч гектаров земли в Алайской долине, которые на момент распада СССР находились в пользовании Таджикистана. Если апеллировать аргументами Кыргызстана, который заявляет, что за основу надо брать Алматинскую декларацию 1991 года, по которой бывшие административные границы становятся государственными, то Таджикистан должен был оставить себе те земли. Но вопреки этому, в 2003 году Кыргызстан потребовал вернуть арендованные земли, в то же время, оставив себе 211 тысяч гектара земли арендованных в советское время у Таджикистана.

Выводы

Судя по последним сообщениям в СМИ, согласование линии границы между Таджикистаном и Кыргызстаном серьезно ускорилось. Стало ли это результатом уступки Таджикистаном своих законных территорий еще неизвестно. Но учитывая явного отсутствия у руководства Таджикистана стратегии по возврату своих территорий, можно предположить, что в Душанбе, ради ускорения транзита власти от Эмомали Рахмона к его сыну Рустаму, было решено отказаться от внушительных территорий. Для размышления, Эмомали Рахмон ради передачи власти сыну, отказался от территории размером почти с Люксембург или площади равной десятикратной площади столицы Таджикистана – Душанбе – 2110 квадратных километров.