Удары украинских дронов по складам крупнейшего маркетплейса России продолжаются, и в настоящее время более 20 процентов складов этой крупной компании полностью сгорели. Возможно, Wildberriesуже больше не является крупнейшим маркетплейсом, а если и остаётся им, то очень скоро потеряет эту позицию.
Пожары на складах этого крупного маркетплейса грозят банкротством одной из крупнейших компаний, а также сотням тысяч предпринимателей и партнёров компании, и, как следствие, снижением поступлений в государственный бюджет. Wildberries является одним из крупнейших косточек домино, падение которой разрушит и другие домино, так называемый эффект домино. Одной из таких «косточек домино», которая при крахе Wildberries понесёт крупные убытки, будет банковская система России. Конечно, крах банковской системы в стабильном и устойчивом государстве является практически невозможным. Однако удары, которые продолжают наноситься, может понести непоправимый ущерб российской банковской системе, миллионам клиентов и в целом всей экономической системе.
Уже сам тот факт, что Wildberries владеет собственным банком — и за три года тот поднялся с 350-400 места в топ-50 крупнейших банков страны, в топ-10 самых прибыльных банков и по рейтингу транзакций превратился в одного из крупнейших финансовых институтов и важных игроков на финансовом рынке России, — а теперь ему грозит реальная угроза банкротства, говорит о многом.
Кроме того, помимо владения собственным банком, Wildberries заключил стратегическое партнёрство с одним из крупнейших банков России — “Внешторгбанком” (ВТБ), и этот банк обеспечивал большую часть кредитов клиентам маркетплейса. То есть крупнейшим банкам России грозит невозврат миллиардов рублей выданных кредитов. Также данный банк владел 5% акций банка Wildberries. Кроме того, для привлечения 80 миллионов клиентов Wildberries инвестировал в развитие использования своих терминалов.
С учётом того, что в настоящее время, то есть после утраты свего 20 процентов складов, владельцы Wildberries запросили у правительства России 1,3 триллиона рублей, можно представить, к каким последствиям экономики и банковской системы страны может привести банкротство этой компании.
Насколько велика угроза банкротства Wildberries для банковской системы и экономики России — большой вопрос, и в рамках одной статьи, особенно когда её основная тема иная, нельзя объяснить это даже кратко. Если уважаемому читателю этот вопрос интересен, мы можем вернуться к нему в другое время. Сейчас предметом обсуждения являются банковские кредиты для клиентов Wildberries и место таджикского халяль-предпринимателя в будущем российского бизнеса.
Если вы следите за темой ударов по складам Wildberries, то наверняка видели в социальных сетях сотни и тысячи коротких видео, где российские предприниматели, сотрудничающие с этим маркетплейсом, плачут навзрыд. Подавляющее большинство говорят о банковских кредитах, которые были получены для ведения предпринимательской деятельности. Теперь, в результате пожара на складах, они потеряли не только свой бизнес, но и свою недвижимость и транспорт. Ведь банк не даёт кредиты без залога.
Судя по всему, экономика России, вместе с другими упомянутыми выше убытков, потеряет ещё десятки тысяч мелких и средних предпринимателей – именно они вносят огромный вклад в развитие экономики любой страны мира. Возвращение этих десятков тысяч обанкротившихся предпринимателей на рынок — очень трудная задача. Они уже потеряли всё своё имущество, в том числе недвижимость и транспорт, погрязли в долгах перед банками и своими клиентами, получили сильный психологический удар и так далее.
Если до настоящего времени мы не стали свидетелями случаев самоубийства среди этих предпринимателей, то только потому, что они надеются на компенсацию от владельцев маркетплейса или от государства. Когда они потеряют эту надежду — а с учётом того, что выплата компенсаций в условиях войны и кризиса очень затруднена, — к сожалению, мы станем свидетелями многих случаев суицида.
Как сообщил один из моих знакомых, сотрудничающих с Wildberries, примерно 30 процентов бизнесменов, работающих с этим маркетплейсом, составляют таджики. 30 процентов! В пересчёте на числа это составляет около 40-50 тысяч предпринимателей, а в пересчёте на деньги — около полутриллиона рублей или 6-7 миллиардов долларов. Обсуждение вопроса о том, как банкротство Wildberries и, соответственно, банкротство такого количества таджикских бизнесменов повлияет на экономику Таджикистана, мы также оставим на другой раз.
Среди тысяч видеообращений плачущих российских предпринимателей мы увидели также несколько видеообращений таджикских предпринимателей — партнёров Wildberries. Возможно, вы тоже видели некоторые из них. Эти видео резко контрастировали с тысячами видеообращений российских предпринимателей, рассказывавших об ущербе и банкротстве из-за пожаров на складах Wildberries. Контраст был как чёрное и белое, как день и ночь.
На этих видео 5-6 пять-шесть человек в приподнятом настроении жарят шашлык. Тот, кто снимает видео, говорит, что все они — бизнесмены, потерявшие огромные деньги в результате пожаров: один потерял 9 миллионов, другой — 5, третий — 4 и так далее. В отличие от плачущих русских, все они смеются, находятся в приподнятом настроении и как будто говорят не о крупных убытках, а о прибыле.
Здесь нам также стоит немного отступить от основной темы. Сравнение этих видеообращений с видеообращениями русских — отличный и очень показательный материал для психолога или религиозного эксперта о разнице в восприятии между мусульманином и немусульманином.
Несомненно, убытки этих таджикских предпринимателей по сравнению с их российскими коллегами, даже если разница в сумме невелика, в соотношении с их благосостоянием и психологическим ущербом оказываются намного меньше. Российские предприниматели потеряли всё: бизнес, дом, магазины и так далее. Таджикские же предприниматели потеряли только деньги. Почему? Потому что большинство из них, отказываясь работать с процентами, не брали кредитов в банке — то есть они занимались халяльным бизнесом.
Когда человек не имеет задолженности перед банком, его дом, недвижимость, магазины и транспорт также не находятся в залоге. Если он захочет, даже потеряв все свои деньги, он сможет продать часть своего имущества и вернуться в бизнес. Предприниматель с халяльным бизнесом не будет страдать так, как страдают русские предприниматели, у которых нет таких препятствий. Русским понадобятся долгие годы, чтобы оправиться от того крупного психологического удара, который они получили. Однако у таджикских халяль-предпринимателей мы не наблюдаем подобных психологических ударов, и это также является результатом их религиозного мировоззрения: все сложности — от Бога, терпение приносит награду, после трудностей наступает облегчение, и каждая сложность приносит после себя радость.
Тысячи обанкротившихся русских предпринимателей из-за банковских кредитов почти безвозвратно покидают рынок. Если некоторые из них захотят вернуться, они столкнутся с ещё большими трудностями при получении кредита в банках: у них больше нет залога, который можно было бы оставить банку, а сам банк после последних событий будет относиться к новым кредитам предпринимателям намного осторожнее, и так далее.
Это правда, что в результате пожаров на складах Wildberries таджики уже потеряли или потеряют несколько миллиардов долларов. Правда и то, что этот кризис ударит по денежным переводам таджикских мигрантов на родину. Однако ясно одно: если до этого кризиса доля таджиков среди партнёров Wildberries составляла примерно тридцать процентов и примерно такую же долю в товарообороте маркетплейсов России, то в ближайшем будущем эта доля станет только больше. Очевидно, что если до начала этого кризиса таджики составляли 30 процентов партнеров Wildberries, что примерно соответствует их доле на российском рынке купли-продажи, то в ближайшем будущем эта доля будет значительно выше.
Более того, несмотря на антимигрантскую политику, власти России будут вынуждены предоставить льготы таджикским предпринимателям и облегчить им путь для возвращения на рынок, поскольку товарооборот потребительских товаров является одним из основных локомотивов экономики любой страны, а без опытных предпринимателей невозможно восстановить и развивать этот сектор.
То есть очень скоро мы станем свидетелями того, что, несмотря на антимигрантскую и ксенофобскую политику властей России, именно таджикские халяль-предприниматели станут одними из основных игроков на рынке страны.
Важно отметить, что 25 процентов малого и среднего предпринимательства в Европе уже контролируют турки, и эта реальность вынуждает власти европейских стран с осторожностью относиться не только к туркам, но и к самому государству Турции.
Абдуманнон Шералиев
