Спустя 35 лет после обретения даром доставшейся независимости на первом этапе, в настоящее время Таджикистан находится на втором этапе независимости, и на этот раз тоже достается даром.
Сможет ли страна, в отличие от первого раза, использовать свой второй шанс, или даром доставшаяся независимость и на этот раз останется недооцененной?
Несмотря на появление в Таджикистане в начале 1970-х годов определённых инакомыслящих групп, которые позже переросли в борцов за независимость по всему Советскому Союзу, известно, что независимость досталась Таджикистану, как и некоторым другим постсоветским странам, легко и даром. Влияние борцов за независимость на распад Союза Советских Социалистических Республик пока почти не изучено, однако вряд ли оно сыграло решающую роль.
Хотя государственная независимость была получена и на карте мира появились новые государства, большинство стран Центральной Азии и Кавказа до недавнего времени оставались под влиянием России. Дело дошло до того, что даже страны-соперники начали называть эти новые государства «сферой влияния России».
После распада СССР, некоторые из постсоветских стран, например страны Прибалтики, начали стремительно, а другие, как Украина и Азербайджан, медленнее выходить из-под влияния России, а некоторые всё ещё находятся в процессе, как Узбекистан, Грузия и Армения. В эту группу также можно включить Молдову и Казахстан.
Однако, к сожалению, Таджикистан и Кыргызстан не только не смогли использовать даром доставшуюся независимость, но и всё ещё не использовали несколько шансов укрепления своей независимости.
Например, Азербайджан и Узбекистан каждый раз пользуются ослаблением России, чтобы отдалиться от организаций и структур, находящихся под российским влиянием. В результате Азербайджан почти полностью вышел из-под российского влияния, а Узбекистан также сделал ряд успешных шагов в этом направлении. Даже Армения, положение которой в вопросе зависимости от России до недавнего времени мало чем отличалось от положения Таджикистана и Кыргызстана, успешно воспользовалась последним шансом – войны России с Украиной – и укрепила свою независимость.
Успехи Украины последних месяцев в войне с Россией, в том числе существенное ограничение передвижения российских кораблей в Чёрном море — основном пути экспорта этой страны, разрушительные удары по нефтеперерабывающим предприятиям, заметное ограничение поставок товаров, в том числе нефтепродуктов, в Крым и оккупированные территории Украины, продвижение на нескольких направлениях фронта (несмотря на отступление на некоторых других направлениях) и другие факторы поставили мир, в том числе соседние со странами России и её партнёров, перед новой реальностью: Россия может выйти из этой войны не только значительно ослабленной, но, возможно, и побеждённой, что для такой империи, да и не только для самой империи, имеет непредсказуемые последствия. И одним из этих последствий может стать то, что Россия в значительной степени потеряет своё влияние и воздействие за рубежом и будет отказываться от своих обязательств в сфере своего её влияния.
В этом случае Таджикистан (который мы далее будем рассматривать в нашей статье), как и в 1991 году, столкнётся ещё с одной независимостью: полной экономической, политической, военной и в некоторой степени культурной независимостью от России. Готова ли страна принять на себя эту независимость, или от безысходности войдёт в сферу влияния другой державы?
В то время как постсоветские страны теперь пользовались каждым этапом ослабления влияния Москвы для расширения собственной независимости, Таджикистан не смог создать ни независимую экономику, ни сбалансированную внешнюю политику и не смог найти замену трудовой миграции в Россию. Некоторые предпринятые шаги и инициативы слишком незначительны и нерешительны в этом направлении и в случае наступления второго этапа полноценной независимости не смогут служить для неё фундаментом.
Согласно последним данным правительства страны, резкий скачок на 46% в 2025 году и показатель в 2,9 миллиарда в торговле с Китаем указывают на то, что Китай превратился в основного торгового партнёра для Таджикистана. Конечно, этот скачок требует дополнительных комментариев, однако сейчас тема нашего обсуждения другая.
При этом торгово-экономические отношения складываются в соотношении примерно пять к одному в пользу Китая, и структура товарооборота между двумя странами также в основном выгодна Китаю. Таджикистан покупает в Китае готовую продукцию — от канцтоваров, носков и нижнего белья до техники, автомобилей, оборудования и промышленных товаров. При этом страна поставляет в Китай в основном полезные ископаемые, металлы, хлопок и другое сырьё.
С учётом почти пятикратной разницы импорта — примерно 2,33 миллиарда долларов импорта из Китая — экспорт Таджикистана в эту страну составляет всего 524 миллиона долларов. И то он в основном состоит из сырья, и переработка и связанные с ней добавленная стоимость и прибыль приходятся на Китай, и создание рабочих мест происходит в основном в китайской экономике.
Конечно, в последнее время увеличилось число совместных предприятий, которые работают в направлении переработки сырья. Однако, к сожалению, большинство из них лишь в официальной статистике значатся как таджикско-китайские, а в действительности полностью находятся под контролем китайской стороны, включая технологии и управление.
Важным примером является золотоперерабатывающее предприятие «Зарафшон», построенное с участием китайского капитала — компании Zijin Mining, к таким предприятиям относятся также золотодобывающие компании, Таджикско-Китайская горнопромышленная компания, перерабатывающая свинец и цинк, а также цементные заводы Huaxin Gayur и другие.
Подробной информации о структуре этих компаний нет. Например, неизвестно, кто является их основным владельцем или акционером, кто принимает решения и куда направляется прибыль. Неясно, какую долю реального дохода получает государство Таджикистан (а не отдельные лица), на сколько лет заключены концессии, до какого времени запасы находятся в распоряжении иностранной компании, сколько граждан Таджикистана и на каких должностях трудоустроены на этих предприятиях, какую зарплату получают таджикские и китайские рабочие и какова разница между ними, какие льготы и налоговые условия существуют. Все эти обстоятельства вызывают сомнения.
При отсутствии доступа к этой информации нельзя достоверно определить, насколько такие предприятия влияют на зависимость Таджикистана: снижают ли её или, наоборот, углубляют в новом виде — через зависимость от китайских инвестиций, технологий и управления?
Ситуация в военной сфере ещё хуже: если в экономической сфере существуют хотя бы некоторые альтернативы, то в военной сфере Таджикистан практически полностью зависит от России. Начиная от подготовки военных кадров до состава вооружения страны и, наконец, присутствия российской базы, которое постыдным образом преподносится как «гарантия безопасности Таджикистана». Если в экономической сфере существует хотя бы небольшая возможность для манёвра, то в военной сфере страна окажется в том же положении, что и в 1991 году: когда руководство страны не знало, что делать со всем этим оружием, оставшимся от Советского Союза (поскольку практически не существовало национальных военных кадров высокого уровня), и почтительно передало его Москве и Ташкенту, сведя к нулю возможности армии только что обретшей независимость страны.
В сфере политики, несмотря на громкие заявления, тоже сделано очень мало, и почти нет возможностей для манёвра. Например, в отличие от соседних тюркоязычных стран, которые в своём политическом будущем опираются на союз тюркоязычных государств под руководством Турции, Таджикистан после ослабления России и её ухода из региона может оказаться в геополитическом вакууме. Для заполнения этого вакуума между собой будут соперничать Китай, Турция, Иран и другие державы, в то время как у самого Душанбе нет достаточных инструментов для выбора партнёров.
Одним из последствий даром доставшейся государственной независимости является то, что, несмотря на превращение её в крупнейший государственный праздник, осознание независимости всё ещё остаётся на уровне празднования, танцев и плясок. То есть если спросить большинство жителей: «Что такое независимость?», они ответят, что это праздник, который очень торжественно отмечается. Конечно, будем справедливы и признаем, что часть людей немного продвинулась в понимании понятия независимости. Для них независимость означает следующее: на карте мира появилось независимое государство под названием Таджикистан, которого никогда не существовало. И всё!
Шанс воспользоваться вторым этапом даром доставшейся независимости ещё не упущен. Для этого страна — и правительство, и народ — должна прийти к реальному пониманию независимости и с готовностью её признать. Подготовка должна включать такие меры, как:
- создание альтернативы российскому рынку труда для трудовых мигрантов;
- диверсификация торговли и транспортных путей;
- создание реальной национальной армии и снижение зависимости от российской военной базы;
- обеспечение прозрачности соглашений с Китаем и другими державами;
- превращение внешней политики от выбора «новых покровителей» к многовекторному балансу партнеров.
